Блоги #ПеревожуКларксона: Субмарины

#ПеревожуКларксона: Субмарины

a-russian-submarine-may-have-nearly-capsized-a-fishing-boat-in-the-irish-sea
#ПеревожуКларксона: Субмарины
Кирилл Базилье
Автор Кирилл Базилье / Автожурналист портала autotest.pro

Продолжаем разговор — новая глава из книги Кларксона i Know You Got Soul. Enjoy!

Представьте себе — завтра Англия объявляет войну вооруженному до зубов противнику. Что делать? Я, особо не раздумывая, куплю себе симпатичный джемпер с белым воротничком, прыгну на первый поезд до Шотландии и пойду в подводники.

В пехоте надо слишком много бегать, кавалеристы все время играют в поло, и для меня это сомнительная радость — я люблю лошадей в жареном виде с картошкой и без седла. Что до военно-воздушных сил, по мне это слишком опасно. Таким образом, остается флот, но меня начинает подташнивать даже во время просмотра морских сражений по телевизору, так что есть только один вариант — подводная лодка.

У субмарин есть и другие преимущества. Как только начнется война, я свалю на забытый богом островок в Тихом океане, припаркую свою лодку под ветвистой пальмой, чтобы ее не увидели со спутника, и буду пить ром с какой-нибудь экзотичной девицей по имени Миу Миу.

Когда же война закончится, я для вида сделаю пару дырок в обшивке и отправлюсь домой. Если спросят, откуда загар, скажу, что это из-за неисправного реактора.

Правда, мой блестящий план предполагает, что я буду капитаном — иначе никак, я не смогу быть матросом. Они спят вместе, что весьма подозрительно, но что еще хуже — справлять большую нужду тоже приходится публично, а это уже слишком, извините. Мне нужен мой личный унитаз с кучей интересного чтива в той части корабля, где я смогу уединиться. Только капитан, без вариантов.

На самом деле, мне всегда нравились подводные лодки. Мой дядя жил в Новой Шотландии и говорил, что он простой торговец. Когда я был еще пацаном, он пришел из Канады в Англию на подводной лодке. Он никогда не делился подробностями своего путешествия, и в течение десяти лет я висел на его штанине с телячьим взглядом. Для меня дядя был Джеймсом Бондом. Может он и правда им был.

Секретность — главная фишка подводной лодки, ведь она может вести коварную войну. Когда о подводных судах заговорили всерьез, руководство Королевского военно-морского флота, которым в равных пропорциях руководят деньги и традиции, отмела концепцию как «подлую и неджентельменскую».

Важно отметить, что первую рабочую субмарину с двигателем сконструировал британский парень, который имел большую симпатию к Ирландской республиканской армии, и это английских моряков никак не устраивало.

Но в первую очередь военно-морскому начальству действительно не нравилось, что корабль может атаковать противника, не выдавая себя. Это все равно что на дуэли один из участников прячется за забором. Впрочем, мне эта идея по душе — подкрадываешься к жертве, отправляешь ее на тот свет и незаметно сваливаешь, оставляя за собой лишь рябь на воде. Это кажется относительно безопасным, и, что еще лучше, можно даже не отрывать задницу от стула. Конечно, капитану (то есть мне) придется пару раз встать, но, по крайней мере, под рукой всегда есть перископ, на который можно опереться.

Однако не все так гладко.

Мы читали роман Николаса Монсеррата «Жестокое море», мы знаем о военных конвоях времен Второй мировой, о тысячах затопленных кораблей, мы слышали, что даже Черчилль опасался немецких подлодок. «Единственным, что вселяло в меня страх во время войны, были субмарины серии «Ю», — писал он в своих мемуарах.

Немецкая субмарина серии VII

Во время Первой мировой Германия могла использовать свой подводный флот только для минирования Ла-Манша, но во время Второй мировой немцы захватили Францию, и это позволило им базировать подлодки на Атлантическом побережье. Это означало, что все суда, в том числе американские, стали для нацистов легкой добычей.

Бороться с подводной угрозой можно было только одним способом — отправлять корабли из Америки в Англию группами. Некоторые считали это глупостью. Скептики говорили, что если немецкая подлодка засечет такую группу, потери будут огромными, в то время как крушение одного судна не так критично.

Резонно. Впрочем, в случае обнаружения подлодкой цели ее экипажу требовалось совершить ряд маневров и встать на правильную позицию, а это не всегда было возможно. Но даже если субмарине не удавалось поразить один корабль, ей не приходилось долго ждать следующего. Ну а если немцы упускали целый конвой, они целую вечность болтались в море в ожидании следующего.

Проще говоря, за время одного боевого дежурства немецкая подводная лодка могла с большим успехом поражать одиночные цели, а не корабли, идущие конвоем.

Кроме того, конвои всегда сопровождали боевые корабли, а это значит, что лодки «Ю» то и дело подвергались атакам со стороны военно-морского флота Великобритании. Чтобы добраться до сухогрузов, немцам для начала нужно было потопить несколько эсминцев, а это та еще задачка.

Конвои заставили нацистов пересмотреть свои тактические планы. Их субмарины стали дежурить цепочкой по всей Атлантике. Когда сигнал о приближении группы кораблей поступал на базу во Франции, другие подлодки направлялись в нужный сектор. У нас были конвои. У них были «волчьи стаи». Но на самом деле война шла в лабораториях и мастерских.

Мы изобрели гидролокатор. Они научились от него ускользать. Мы создавали глубинные бомбы, которые детонировали на глубине 150 метров, а они разрабатывали более прочные корпуса и «ныряли» все глубже. Мы строили быстрые фрегаты, чтобы догнать немцев, а они совершенствовали свои двигатели. Мы взламывали их кодировки, а они взламывали наши. Мы ставили радары на свои самолеты, они ставили радар-детекторы, и подлодки погружались еще до того, как прилетят бомбардировщики. Тогда наши самолеты получили по четыре двигателя, чтобы «накрывать» весть Атлантический океан, а нацисты научили свои «дизели» работать под водой. Шла настоящая мозговая битва, и немцы были чрезвычайно хороши, но все же недостаточно.

Да, подлодки «Ю» держали в страхе даже Черчилля; да, они погубили тысячи человек, которые погибли страшной смертью. Случалось, особенно в 1941-ом и частично в 1942-ом, что небольшая группа германских субмарин ставила на колени мощнейший флот в мире.

В начале войны у нас было три тысячи торговых судов. Подводный флот Германии состоял из 100 лодок серии «Ю», при этом только шесть из них могли одновременно находиться в Атлантике. Тем не менее, за первые восемь месяцев войны они смогли потопить 400 наших судов. Мы строили два корабля — они топили четыре. К лету 1941 количество подлодок выросло до двенадцати, и планировалось поставить на дежурство еще 300, и это реально могло произойти.

Однако устаревшая конструкция «Ю» стала терять актуальность с развитием технологий. Вспомните старую игру «Камень-ножницы-бумага». Подлодка бьет корабль, но как только она всплывает, ее бьет самолет. А субмаринам обязательно приходилось всплывать…

Настала эра атомной энергетики, и новые подводные лодки теперь могли месяцами не подниматься на поверхность и вообще не издавать никакого шума. Если Черчилль так боялся старых дизельных субмарин, то при виде современных АПЛ он и вовсе бы рехнулся со страха.

Ну а что касается появившихся видов вооружения, то они били не только «камень», «ножницы» и «бумагу», но также крейсеры и авианосцы, а с появлением межконтинентальных баллистических ракет — даже целые страны. Теперь боевая задача подлодок стала заключаться в том, чтобы шнырять по морским глубинам в ожидании приказа уничтожить целый континент.

Многие со мной не согласятся, но если бы наше Министерство обороны действительно нас обороняло, оно бы с легкостью обошлось без армии и ВВС —одна такая «дура» с легкостью сможет нас защитить. Нет, серьезно! Возможный противник в первую очередь попытается уничтожить наш атомный потенциал, но как это сделать, если одному дьяволу известно, где этот потенциал находится?

Найти такую штуку в Мировом океане сложнее, чем иголку в стоге сена, потому что стог маленький. Атомные подлодки очень велики, например, русская «Акула» имеет размеры крейсера времен Первой мировой. При этом они могут прятаться где угодно на двух третях земной поверхности. Одна из них может находиться в двух километрах от вас, а другая дежурить подо льдами Северного Ледовитого океана.

Тяжёлый ракетный подводный крейсер стратегического назначения проекта 941 Акула

Однажды я видел субмарину вживую. Это произошло довольно неожиданно, в Ла-Манше. Море было абсолютно спокойным, и казалось, что в нем нет ничего опаснее трески. И вдруг появилось это гигантское черное нечто, самая грозная штуковина, какую я только видел.

И это событие позволило мне почувствовать себя защищенным. Оно напомнило мне, что несмотря на все проблемы, Британия все же остается серьезным игроком. Сегодня можно судить о стране по флоту атомных подлодок. Это такая особая характеристика, определяющая степень технического доминирования, и у нас есть повод для гордости.

Мои любимые субмарины — это охотники за подлодками. Они очень быстры и предназначены для поиска и уничтожения «здоровяков».

Современная американская АПЛ типа «Лос-Анджелес» может «нырять» на глубину 400 м. На поверхности она развивает скорость в 20 узлов, то есть с ее помощью можно легко кататься на водных лыжах. Особо впечатляет то, что под водой она разгоняется аж до 35. Она может запускать торпеды по кораблям или уничтожать города ракетами в радиусе нескольких сотен километров, если ее об этом попросит президент. Она как Чужой — идеальная машина убийства.

Подводная лодка типа «Лос-Анджелес»

И как же уничтожить такую подлодку? К тому моменту, когда вы ее обнаружите, ее уже там не будет благодаря скорости и маневренности. Вы нацелите свои глубинные бомбы или торпеды туда, где уже никого нет.

Чтобы вы представили себе, насколько бесшумны эти машины, приведу пример — однажды американская субмарина в течение 40 дней преследовала советскую АПЛ и оставалась незамеченной. Представьте, что целых шесть недель вы не видите собственную тень.

На самом деле, во времена Холодной войны можно было узнать, что тебя преследует «охотник» только в одном единственном случае — если он случайно в тебя врезался. С 1967 года произошло 11 столкновений между русскими, американскими и британскими подлодками. Так одна английская субмарина пришла в порт с дыркой от советского винта.

К счастью, огонь с АПЛ открывали только один раз в порыве гнева. Разумеется, это сделали наши, когда аргентинцы сильно обидели миссис Тэтчер.

Когда крейсер «Генерал Бельграно» получил две торпеды от английской лодки «Конкерор», противник бросился в погоню. Правда, они так и не поняли, кого преследуют. «Конкерор» незаметно подкрался, незаметно выпустил торпеды и был таков.

Подводная лодка Королевского военно-морского флота Конкерор

Может быть, это подло и не по-джентльменски. Но по крайней мере, командир подлодки Крис Рефорд-Браун показывал настоящую мужскую скромность, когда его расспрашивали об этом событии: «Королевский военно-морской флот тринадцать лет готовил меня к этому событию, и мне было бы очень грустно, если бы я его провалил».

Легкий крейсер военно-морских сил Аргентины - "Генерал Бельграно"

Но он не провалил, и в результате остальные аргентинские суда вернулись в порт, откуда больше не выходили до самого конца войны. Им было непросто сражаться даже с обычными, хорошо видимыми, судами, что уж говорить о невидимых субмаринах.

После окончания конфликта «Конкерор» возвращался в Шотландию под флагом с «веселым Роджером», символизирующем победу в морском бою. Но несмотря на значимость этой лодки для истории, ее списали в 1990 году. Перископ отдали музею, а сам корпус тихо догнивает на базе в Фаслане.

Фото из сети Интернет

Мой instagram


3 Комментариев

Оставьте ваш комментарий и на него ответит лично автор статьи!
На нашем сайте размещены только авторские материалы от профессиональных журналистов и известных блоггеров, они с удовольствием вступают в диалог с нашими читателями :)

Об авторе

Кирилл Базилье

Кирилл Базилье